Информационная работа «В тылу, как в бою»​

Я с раннего детства очень люблю ходить в гости к своей прабабушке Банниковой Марии Петровне. Она и поиграет, и споет песни, и расскажет очень много интересного о своей жизни. Когда она рассказывает мне о войне, я слушаю затаив дыхание. Какое мужество, отвага и самоотверженность отличает людей переживших войну. Хочу поделиться воспоминаниями труженицы тыла Банниковой Марии Петровны.

Мария Петровна родилась 2 января 1931 года в селе Кутерем Калтасинского района, в семье Петра Павловича и Анастасии Игнатьевны Банниковых. В семье было 8 детей, после войны в живых осталось двое.

Старшего брата Григория, 1915 года рождения не помнит. Во время коллективизации, обучив на тракториста в Свердловске, его отправили в Узбекистан работать в образовавшихся колхозах. Семье пришло письмо от товарища Григория о том, что узбеки, которые сопротивлялись коллективизации, облили бензином и подожгли его вместе с трактором.

Сестра Прасковья, 1917 года рождения, в 14 лет умерла в Николо-Березовке в больнице от тифа.

Во время войны умерли от дизентерии две младшие сестренки Катя и Нина. Родители уходили в колхоз на работу с утра и до вечера. Девочек кормила Мария, хотя и сама еще ребенок. Кормила кислым молоком с хлебными крошками, больше нечем было. Вот детские организмы и не выдержали.

Бабушка вспоминает: «Два брата Михаил и Николай погибли на войне. Михаил к началу войны заканчивал срочную службу в армии. Осенью 1941 года должен был прийти домой. Служил он на границе, был шофером. Но в июне началась война и домой он так и не пришел. В июне 1941 года попал под обстрел и погиб. Нам пришла похоронка. Помню как плакала мама и молча переживал папа.

Николай, 1925 года рождения, в 1943 году был призван на войну вместе с другими юношами нашего села. Сначала его отправили в Алкино на шестимесячное обучение. В это же время папе пришла повестка, он поехал в Алкино в военкомат. Там он встретил Колю и не узнал его, такой он там худой стал, осунулся. Хотя до войны Коля был крепкий, высокий, здоровый парень, помогал на мельнице, а ведь там сильные только могли работать. Папу отправили обратно домой, он отдал весь свой узелок, все что мама собрала ему в дорогу Коле. В Алкино солдат кормили очень плохо, выморили их там, таких вот худых и слабых на войну отправили. Как только уехал на войну сразу и погиб. Так наша семья потеряла Николая. Папу отправили в трудовую армию в Ижевск, до конца войны он был там. Из-за возраста на войну его не взяли.

Брата Александра в 1944 году в 16 лет и еще троих девочек из нашей школы Банникову Александру Петровну, Шумкову Елизавету и Чикурову Ольгу Александровну забрали на обучение, а в дальнейшем и на работу на заводы Екатеринбурга. Саша там остался и после войны.

Я в 1940 году пошла в школу. Школа у нас была деревянная, два двухэтажных здания и два одноэтажных. Директором школы был Коротков Прокопий Михайлович. Он всегда к нам с добром и пониманием относился. Школа отапливалась дровами. Во время войны за дровами для школы ходили сами ученики. Брали саночки, топоры, одевались потеплее и шли. Дрова сырые, толком не горят, в школе холодно, в одежде учились. Тетрадей не было, писали на старых книгах между строчек. Чернила делали сами из свекольного сока и сажи. Чернила в мороз замерзали, мы их отогревали на печи и снова за уроки.

После уборки урожая школьников гнали собирать колоски. Их измолотят, смелят и к Новому году нам в школе пекли булочки, как награда нам за работу. Вот это для нас радость была! Во время войны в школе работали эвакуированные учителя из Ленинграда. Учителя были очень худые, голодные, одежда плохонькая на них. Но учили нас, старались дать нам больше знаний. Я до сих пор могу рассказать стихотворения и басни наизусть, которые мы учили в школе.

Очень хорошо я помню, как нам объявили о том, что началась война. Бригадир сказал всем, что будет важное сообщение. Все жители собрались у здания сельского совета. По радио объявили о нападении на СССР немцев, о начале войны. Женщины заплакали, стали обнимать своих мужей и детей. Понимали, скоро мужчин заберут воевать. В селе остались женщины, дети и старики. Каждого на войну провожали всем селом. Когда вспоминаю тех, кто ушел и тех, кто вернулся, ужасаюсь, ведь вернулись только половина. Из тех, кто вернулся очень много покалеченных, кто без руки, кто без ноги, но ведь живые!

Зимой дети учились в школе, летом работали в колхозе. Дети работали наравне со взрослыми. За день нормой было выкосить 25 соток, за это ставили 1,75 трудодень. В начале войны за трудодень давали 500 грамм муки, потом паек уменьшили до 200 грамм. За ложку муки пололи посевы. Сажали большие огороды, по 30 соток. Огороды перекапывали лопатами. Сажали картофель, свеклу, капусту, морковь. Как только  свекла всходила из листьев варили похлебку. Хлеб печь перестали, это стало роскошью. Варили болтушку из картошки, воды и муки для густоты. Муку стали делать из липовых листьев, сушили и мололи их. В лесу собирали орехи и черемуху. В лесу вели себя очень тихо, так как по лесам ходили дезертиры. Лес нас кормил. Только листочки на липе распускались, ребятня уже там. А орехи и ягоды были главным лакомством.

Очень много налогов было наложено на деревенских жителей во время войны. И ведь мы понимали, что это все для наших родных солдатиков, для Победы.  С каждого огорода надо было сдать 5 центнеров картофеля. Кто держал корову, отдавал 230 литров молока в год с одной коровы. За кур надо было отдать 100 яиц, с овцы 500 грамм шерсти. С хозяйства сдавали 40 кг мяса. За каждого поросенка надо заплатить 1000 рублей. 1 января каждого года работники сельского совета ходили по домам и переписывали хозяйство, определяли налоги. Во время войны ввели еще земельный налог, за огород.

В 1943 году председателем колхоза был Михаил Романович Фофанов, его к нам в колхоз отправили после ранения. Он был очень суровый, жестокий. За воровство жестоко наказывал. Однажды мы с девчонками пошли в гороховое поле, горох как раз поспел, кушать хотелось. Не заметили мы председателя, так он нас кнутом исхлестал, еле убежали.

Вводился военный займ. Для каждой деревни устанавливался размер займа. В обмен на деньги государство выдавало облигации. Сельский совет распределял, кто сколько должен заплатить, в зависимости от доходов и размера хозяйства. Председателем сельского совета во время войны была Матрена Шитова. Она уговаривала, упрашивала, закрывала в сельском совете тех, кто отказывался подписывать займ. В 60-70е годы эти займы государство вернуло.

Жить было очень тяжело. Кроме того, что нечего было есть, было нечего одевать. Во время войны выручал лен. В колхозе очень много сеяли льна. Семена сдавали государству, а остатки отдавали колхозникам за трудодни. Сначала лен лежал в поле, вымачивался под дождем. Потом собирали снопы и привозили домой, выпаривали его в бане. Зимой ткали льняные ткани. В 10 лет я уже умела ткать. Из льна шили полотенца, скатерти, юбки, кофты, штаны, портки, онучи. Лен выручал в войну, а то одевать совсем нечего бы было. Для одежды ткали лен вперемешку с шерстью. Такая ткань была мягче и теплее. Керосина не было, избу освещали лучинами. Один держит лучину, другой ткет. Семьи были большие, всех одеть надо было. В Кояново мужчина жил, который красил льняные нити. Мы с мамой к нему ходили один раз, сшили мне юбку цветную. Как нам девчонкам хотелось наряжаться, как мы радовались мелочам. В деревне все вшивыми ходили, нечем было мыться, мыла не было. Делали щелок им и мылись, но вши были всю войну и после».

Бабушка часто говорит, почему же сейчас людям в мире спокойно не живется. Забывать стали как во время войны люди жили. Самое главное, что надо беречь — это мир, мир на нашей планете. Я очень надеюсь, что людям удастся сохранить мир на Земле.